Арам САТЯН: «Стараюсь уступать дорогу молодым»

«Моя первая сказка о любви», «Ты помнишь», «Молитва надежды», «Лучшая песня», эстрадные оперы «Лилит», «Маленький Цахес», «Манекен», балет «Мы играем на рояле», 3 симфонии, ряд концертов – и это далеко не полный список произведений заслуженного деятеля искусств Армении, композитора Арама САТЯНА, который отмечает 23-го мая свое 75-летие.

– Арам Арамович, 9 лет назад вы стали председателем Союза композиторов Армении. Как уживаются творческий человек с менеджером?

– Признаться, когда мне впервые задали этот вопрос, ответил, что буду просыпаться на час раньше или ложиться спать на час позже. Но! Творчество – это концентрация, без нее невозможно представить произведения в «аксонометрии», а потом воплотить на бумаге. На практике оказалось, что решить все проблемы по сосуществованию двух ипостасей – творческой и продюсерской – сдвигом графика на час или два, не так уж и действенно. У меня скопилась масса незавершенных произведений. Довести их до конца – моя мечта. Но вопрос еще и в исполнении: так получилось, что моя музыка чаще звучит за пределами Армении. Да, мы проводим концерты. Изыскиваются средства, и не малые, но я стараюсь уступать другим авторам, молодым.

Этот год юбилейный, и я бы очень хотел отметить эту дату авторским концертом. Есть уже и программа, и режиссер, который все представит, и исполнители – времени нет. Увы… Концерт, конечно, состоится, но, когда это произойдет, – сказать довольно сложно.

– Подготовка, воспитание слушателя: какие методы вы считаете наиболее действенными?

– Пропаганда современной музыки – одна из сложнейших задач в Армении. Начать хотя бы с того, что на большинстве телеканалов институционально отсутствует понятие «музыкальный редактор». То есть нет профессионалов, которые должны иметь соответствующие знания и полномочия. «Музыку заказывают» исключительно продюсеры, менеджеры – люди, озабоченные больше уровнем рейтинга, нежели преподносимой ими музыкальной продукции. В итоге в лавине тотального ширпотреба крайне редко, скорее, в виде исключения, можно услышать профессиональную музыку.

Правда, в последнее время есть сдвиги – некоторые каналы стали закупать зарубежные программы, и порой в телеэфире можно услышать качественную камерную и симфоническую музыку. Крайне редко, но все же…

Но и в этом случае страдает то, что называется экспериментом. То, без чего не может быть творческой деятельности. Телеканалы предпочитают не рисковать и ставить в эфир проверенную временем продукцию. Звучит прекрасная классическая музыка. А новых имен нет, им пробиться к слушателю – практически невозможно.

Да, разумеется, СК Армении участвует в продвижении композиторов, неизвестных широкой аудитории, но этого недостаточно. В итоге весь груз ложится на плечи самого автора и, как следствие, его произведение исполняется впервые не в Армении, а далеко за ее пределами. И то, если повезет.

Нет госструктуры, определяющей качество преподносимой музыки, как это было раньше, нет органа, ответственного за то, что выносить на суд слушателя и какой музыкой воспитывать. Репертуары сегодня определяют дирижеры оркестров.

Произведения наших композиторов не доходят до слушателя не потому, что они плохие или хорошие, а по той причине, что нет системы, нет людей, которые помогали бы им достойно представлять свое творчество. Большинство армянских композиторов продолжают творить в стол.

Недавно в программу Фестиваля армянской музыки Сергея Смбатяна нам удалось включить произведения молодых армянских композиторов. Чиновники от культуры были в восторге, узнав, что в стране есть люди, которые могут писать такую музыку. А между тем и слушатели, и сами композиторы слушали эту музыку в оркестровом исполнении впервые… Ну куда это годится? Сегодня студент, заканчивающий консерваторию, не слышал ни одного своего симфонического произведения, не имеет представления, как оно будет звучать!

– Что делает СК и каково участие государства в пропаганде качественной музыки?

За последнее время с министерством культуры сложились довольно неплохие отношения, к чему мы очень долго шли. Кроме этого, стараемся многое делать сами – заказывать афиши, развешивать по музучереждениям и т.д. Члены союза проводят музыкальные встречи в школах – причем как молодые, так и именитые. Встречаются с учениками, показывают свои произведения, предварительно подготавливая, рассказывая. Но это в городе – для осуществления таких же встреч в районах, нужен транспорт. Не говоря уже о том, что было решение выезжать и в приграничные села. Затратно, но мы это делали. Потом из-за пандемии и войны, проекты временно были приостановлены. Но мы их вскоре непременно возродим.

Возвращаясь к теме взаимодействия с культурным ведомством, скажу, что отношение к СК со стороны государства менее заинтересованное, чем, допустим, к госоркестрам. Ведь если нам и перечисляются какие-то деньги для проведения мероприятий, мы их получаем от одной госструктуры и передаем другой: оркестрам, залам, музучереждениям, находящимся на обеспечении государства.

Мне кажется, государство должно обратить более серьезное внимание на статус и профессионализм Союза композиторов, а не смотреть на творческие союза как на некие «рудиментарные» общественные организации.

– Каковы творческие планы юбиляра?

– В первую очередь, озвучить то, что написано. И, конечно, сделать авторский концерт, в рамках которого представить и современную классическую музыку, и популярную (сейчас пытаюсь синтезировать эти два направления). Слушателю совершенно не обязательно профессионально разбираться в музыке – главное, чтобы она заставляла его думать, размышлять, высвобождая духовный потенциал…

Рубен Пашинян