От чистого сердца

Машина времени

Рассказик написан в далеком 1978 году. «НВ» поздравляет одного из его авторов, Грайра
КОТОЯНА, проживающего ныне в далеком Сан-Диего,

с Новым годом и со славным 75-летием.


Рано утром тридцать первого декабря на потолке в квартире супругов Галантерянов
расплылось мокрое радужное пятно. Вскоре оно приняло размеры и очертания гималайского
медведя, с которого хлопьями облезала штукатурка и осыпалась на красавицу-елку.
Взяв молоток, глава семьи поднялся этажом выше и аккуратно разбил стеклянную табличку с
золотыми буквами «Г.Тициян, зубной протезист». Затем, тщательно примерившись,
шарахнул в дверной глазок, в котором тотчас же заморгало чье-то испуганное око.
Спустя минуту перед застекленным балконом Галантерянов зависла швабра и, описав
стремительный полукруг, враз снесла полверанды. Галантерян хладнокровно отсчитал жене
восемнадцать капель валерианки и стал завешивать брешь простыней. Было решено
ответную акцию отложить на следующий год, поскольку до него оставались считанные
часы…
Заливной осетр был великолепен. Кюфта источала тончайший аромат и истекала янтарным
соком. Рядом ослепительно улыбался румяный поросеночек, стиснувший в белоснежных
зубах кучеряшки парниковой петрушки. Есть, однако, не хотелось. Галантерянам было жалко
своей веранды. Бой курантов лишь всколыхнул в памяти, слегка затуманенной шампанским,
старые обиды и дрязги. Нестерпимо захотелось мирной, спокойной жизни, душевных и
отзывчивых соседей, с которыми можно скоротать долгий зимний вечер за чашкой чая или
партией лото…
В дверь робко постучали. На пороге возникла грузная фигура зубного протезиста. Он
застенчиво улыбался сквозь огромное оконное стекло, которое бережно держал перед собой.
– Мы вот тут с женой посоветовались, – нерешительно сказал он опешившим супругам и
осекся: – …В общем, с Новым годом!
Г.Тициян протянул хозяйке махровые гвоздики и, галантно шаркнув, прильнул к ее руке.
– С новым счастьем!
– К столу, к столу, – засуетились Галантеряны.
Через полчаса обе стороны, раскрасневшиеся от выпивки и взаимных любезностей, пришли к
единому выводу, что нет на свете ничего лучше хороших соседей.

– Человек без соседа – что круглая сирота! – опрокидывал стопку дантист, стараясь не
смотреть на гималайского медведя.
– Хороший сосед лучше плохого родственника! – вторил ему хозяин, ощущая на себе
морозное дыхание дырявой веранды.
Тициян возвращался домой разомлевшим и довольным.
– До чего же приличные и интеллигентные люди, – сообщил он домочадцам, доставая из-под
мышки жареного поросенка, презентованного ему в знак вечной любви и согласия. –
Заверни-ка, жена, двух индюшек да пару килограммов бастурмы. Вставай, бездельник, –
повернулся Тициян к долговязому сыну-шестикласснику. – Снесешь вниз корзину и этот
бочонок вина. Будут отказываться – бросай все и бегом обратно. Скажешь, что от чистого
сердца.
Тициян-младший вернулся, сгибаясь под тяжестью ящика мандаринов, красавицы-елки и той
же корзины с бочонком. На нем поблескивал пуговицами новенький джинсовый костюм, а на
руке громко тикали японские часы «Сейко-супер».
– Убежать не успел, – увернувшись от подзатыльника, объяснил он отцу, – обещали еще
мотоцикл подарить.
Распираемые щедростью Тицияны с воплем бросились к шкафам, гардеробам и сервантам,
вытряхивая их содержимое в огромный баул. И поскольку Галантеряны, ожидавшие
ответных широких жестов, предусмотрительно заблокировали дверь, баул был снесен
дантистом вниз по пожарной лестнице в зубах и заброшен к ним на веранду.
– От чистого сердца! – крикнул он в окно и исчез во мгле.
Через минуту в квартире зубного протезиста раздался страшный грохот, и из вентиляционной
отдушины вывалились заливной осетр и цветной телевизор с дарственной надписью
«Дорогому соседу в знак особого расположения». По паркету, подпрыгивая, катились мясные
шары кюфты.
Остаток ночи измученные, но счастливые Галантеряны удерживали дверь, сотрясающуюся от
мощных ударов пианино «Беккер». Пытаясь протаранить им дверь, семья Тициянов дружно
скандировала: «От чистого сердца! От чистого сердца!»…
Рано утром первого января на потолке в квартире супругов Галантерянов расплылось новое
мокрое пятно, быстро принявшее размеры и очертания мазандаранского тигра.
Глава семьи молча посмотрел на него, глубоко вздохнул и, взяв молоток, поднялся этажом
выше…

Грайр КОТОЯН,
Рубен САТЯН