Мишень для провокаций — Постпредство Арцаха
![](https://nv.am/images/foto/shxramanyan-2.jpg)
И вновь нам вдохновляющее на общественную бестолковость «здрасьте» от Никола Пашиняна. На сей раз собравшимся на днях у Постпредства Республики Арцах в Ереване многолюдным массам, которые, кажется, и сами не понимали, что творят. Хотя и творили то, что было сродни пятилетней давности бунту армянских санкюлотов, милых сердцу лидера армянского «бархатного» движения и будущего премьера Армении. Правда, в масштабах куда более скромных, чем пять лет назад.
Что, собственно, не удивительно: бунтующая масса, в основном, состояла из арцахских беженцев, почему-то в официальных релизах, именуемых «насильно перемещенными лицами». Насчет «насильно» нет возражений – никто из них по доброй воле не оставлял родные края. Есть возражения по поводу «перемещенных» — термина, юридический смысл которого позволяет нашему правительству, вкладывая христианское милосердие в прокрустово ложе политических интриг, делать хорошую гуманитарную мину при плохой государственной игре.
Что и наглядно проявилось у стен Постпредства, дипломатическая миссия которого уже с первых дней «арцахского исхода» трансформировалась в сугубо гуманитарно-организационный трудовой процесс с сумбурной программой действий и без мало-мальски необходимой материальной подпитки. Материальную сторону сострадательного отношения к арцахским беженцам, если не учитывать стихийно создаваемые самим народом «летучие» пункты помощи, взяло на себя армянское правительство, выплачивая определенную денежную сумму, практическая действенность которой довольно сомнительна. Но это иная тема.
Наша же о том, почему при том, что Постпредство Арцаха, пребывая, что называется, на птичьих правах в сконструированной «варчапетом», не без помощи западных опекунов, армянской политической реальности, в которой нет и еще долго не будет такого юридического субъекта, как второе армянское государство, должно испытывать когнитивный диссонанс от неистовства толпы, только лишь внешне похожей на народ и, по удачному выражению поэта, «дрожащей от неясных забот».
О том, что заботы толпы и в самом деле были неясными, подтвердили, отвечая на вопросы репортеров, сами же участники так называемого социального протеста, в котором социальная составляющая как раз-таки на поверку и оказалась вовсе не главной, ибо воздухе над зданием на Наири Заряна 17А, все еще сохраняющим свою субстанциональную номинальность и пока еще не отобранным каким-нибудь олигархом из первого приближения к действующей власти (читай: премьер-министру), витала чистая правда беспомощности властей Арцаха, пребывающих в состоянии безвременья и отсутствия полноценных ответов на беспокоящие не только толпу, а, по большому счету, всех арцахских беженцев, вопросы, особенно социальные.
Но тогда чего же добивалась протестующая толпа? Ключ к разгадке причин подобного бесовства, этакого шума и ярости людей, лишенных самосознания объективности и, напротив, подверженных присущему толпе инстинкту разрушения, оказался довольно простым. Прежде всего потому, что Постпредство Арцаха – это то последнее место, где его политическое руководство, разделившее участь остального изгнанного народа, может собираться для обсуждения насущных проблем нового бытия арцахцев, пытаясь найти более или менее правильные решения при крайней скудости возможностей для этого. Но даже такое по форме продолжение выполнения государственных функций со стороны арцахского правительства, находящегося, по сути, в изгнании, кое-кому в Ереване было не в милость. Больше: подлежало в своем роде дискредитации. В конечном счете – закрытию Постпредства, как официального государственного органа, единственного в Армении.
Сделать это в открытом порядке было бы не с руки властям Еревана – и без того позорная сдача Арцаха тяжелым грузом ренегатства давила на них при восприятии общественной реальности. К тому же, и ереванский истеблишмент не стал бы участвовать в столь гнусном деле, а своих башибузуков подставлять не хотелось – по тем же соображениям. Благо для этого есть свои люди в арцахском обществе, внедренные туда и взлелеянные эмиссарами Никола Пашиняна аккурат с того самого дня, как он взошел на пьедестал власти в РА. Для роли организаторов беспорядков они очень даже подходили – не зря же все пять лет они самыми разными способами вынашивали свой звездный час, который должен был наступить в Степанакерте, однако пришелся на Ереван. Их имена давно известны. Называть их здесь и сейчас нет никакого смысла, ибо они ненавистны.
Но факт, что темное дело они свое сделали: процесс внутреннего раздора пошел. Страсти накалялись, эмоции зашкаливали. Было применено и физическое воздействие. Досталось и чиновнику из арцахского правительства: его просто избили. После чего накал протеста постепенно пошел на убыль, возбуждение толпы стало сходить на нет, атмосфера агрессивного бунта разрядилась, люди разошлись по своим иным делам. Видимо, поступила им такая команда.
Что будет дальше – узнаем со временем. Не случайно армянские СМИ писали в те дни, что события, произошедшие у Представительства Арцаха, «явно были спровоцированы властями Армении» с помощью предоставляющих им услуги отщепенцев, связанных «с печально известным тандемом Пашинян — Самвел Бабаян». Дабы оправдать свою политику уступок Азербайджану, власти Армении плавно переводят конфликт в поле арцахцев, чтобы уже полностью закрыть страницу Арцаха, как таковую. Люди же, еще не преодолев свой внутренний гнев, шок войны и вынужденное переселение, попали в ловушку, устроенную Николом Пашиняном. В которой социальная справедливость и повседневные бытовые проблемы им же умело, по-иезуитски, были переведены во внутриполитические разногласия среди арцахцев с единственной целью: навсегда забыть об Арцахе, как государстве.
![](https://nv.am/images/foto/image-562.png)
PS. 28 октября, через неделю после этих событий, Президент Республики Арцах Самвел Шахраманян выступил на канале Общественного телевидения Арцаха. Отвечая на врпросы, он, в частности, отметил, что «Армения была в курсе того, что подписывал Арцах». О возможных опасностях в связи с подписанием документов с властями Армении обсуждения были. Главной целью в такой ситуации «было спасти жизни народа Арцаха».
По поводу участия Самвела Бабаяна в переговорах президент сказал следующее: поздно вечером 19 сентября ему позвонил Айк Ханумян и сообщил, что Самвел Бабаян готов взять власть, остановить военные действия и пойти на переговоры с азербайджанской стороной. Он ответил, что не против, и готов выслушать Самвела Бабаяна с его программой и видением данной ситуации. Однако Айк Ханумян выдвинул условия: власть должна быть передана Самвелу Бабаяну беспрекословно, после чего тот осуществит остальные процессы.
Такое предложение показалось действующему президенту странным, однако понимая, что подобный разговор может впоследствии быть неверно интерпретированным, он вечером того же дня позвонил ответственному лицу с азербайджанской стороны для уточнения возникшей альтернативы, тем более, что в качестве еще одного ответственного переговорщика обсуждалась также и кандидатура генерала Виталия Баласаняна. Однако, получив отрицательный ответ от азербайджанской стороны, ему «стало понятно, что это была авантюра, и необходимо продолжить переговоры в направлении прекращения военных действий».
По материалам информагентств