курьер
Кинул окурок – плати 30 долларов!

 
“Слухи о новой должности Гагика Хачатряна небезосновательны”

К такому выводу пришла одна из местных газет, рассказавшая о свадьбе дочери бывшего министра финансов

 
Штрафовать, но в меру

 
Из армян в Греции никто не пострадал

 
Деньги Кркоряна “уходят” из Вегаса

 
Арабкир в аутсайдерах, в фаворитах - Давидашен

 
Вардавар 2017: вода и розы

 
“Супруга главного советника премьер-министра получает дивиденды в размере 25 млн драмов”

 
“26-летний помощник премьера задекларировал только автомобиль”

 
“Бухгалтер “Газпром Армения” получил должность в КГД”

 
Изместьева могут выпустить

Как насчет Левона Айрапетяна?

 
Госдума ратифицировала соглашение между РФ и Арменией по космосу

 
В Москве задержан узбек-девственник, облизавший женщину

 
Шприц с наркотиками в интимном месте пронести не удалось

 
Сейчас на сайте
Сейчас на сайте находятся:
 882 гостей 
В Номере // КУЛЬТУРА // Больше памятников - больше антиискусства

Больше памятников - больше антиискусства

Не так давно представшие взору ереванцев памятники маршалу бронетанковых войск СССР, герою Советского Союза Амазаспу Бабаджаняну, деятелю национально-освободительного движения Гарегину Нжде и футболистам «Арарата» незамедлительно вызвали полемику и резкую критику общественности. А вообще-то мнения диаметральные. О том, как мэрия относится к памятникам, журналистам рассказал вице-мэр Камо Ареян, сообщает armnewsarmenia.am.

 

Он сразу же и справедливо заметил, что все вновь воздвигаемые памятники ереванцы принимают в штыки, а потом привыкают. В качестве примера он привел памятники Давиду Сасунци и Вардану Мамиконяну. Ареян вспомнил и о бронзовом Арно Бабаджаняне, который долго шельмовали кто горазд. (Я помню, как весьма уважаемые музыкальные деятели предлагали скатить Арно в Разданское ущелье.) Потом все утихло. Ареян считает, что не было еще ни одного памятника, который единогласно одобрили бы и деятели культуры, и общественность. Он сказал, что все упирается в личный вкус: кто-то хочет точную копию великой натуры, кто-то – нет.

Памятник Амазаспу Бабаджаняну вице-мэру нравится. Сказал, что маршал - национальная гордость и хорошо, что тот появился в Ереване. Категорически не согласен с теми, кто сравнивает его с памятником, поставленным в память некоего криминального авторитета.

Что касается Нжде, то некоторые не видят сходства с натурой. Как считает вице-мэр, памятник «довольно монументальный, роскошный и мужественный». «Лично мне больше по душе образ Нжде в «шлеме», однако, возможно, в качестве статуи это был бы не лучший вариант», - сказал Ареян. И то верно. Не каждое фото может стать скульптурой, особенно в «шлеме», как у ниндзя.

Коснулся он и вопроса места памятника, который стоит на оси Главного проспекта, недалеко от музейного комплекса. Отметим, что вначале планировалось, что его установят на площади, которую переименовали из Спандаряна в Нжде. Когда несколько лет назад было решено иметь памятник, казалось, что нет лучшего места, чем на той площади. Но для этого надо было демонтировать большевика Сурена Спандаряна, чего никто не хотел. Да и Нжде-всадник – таких конкурсных проектов было несколько – казалось, несется прямо в метро. Окончательное место вполне приемлемо.

Памятники стали для Еревана последних лет прямо наваждением – возникают слишком часто и многие в самом центре. Мало этого, их художественные достоинства уже давно вызывают недоумение. Материализованная память о ком-то – штука многоаспектная. Вопросов много: кому, почему, где, какой и т.д. Конечно, маршал Бабаджанян – предмет гордости (хотя и многие его хулят интереса ради). Почему решили ставить сидячую фигуру, а положим, не бюст? Почему надо было его представить чуть ли не в парадном мундире? Но как еще увековечить Амазаспа Бабаджаняна – не на танке же. Давно уже сложилась советская традиция – и не только советская, - которую нарушить никто не в состоянии. Военачальникам ставят или бюст, или конный памятник. Или стоячий, или в шинели. Маршалы Рокоссовский и Жуков в Москве на конях-красавцах и при полном параде. Но вот Василевский удостоен бюста, Малиновский и Толбухин тоже с полным иконостасом наград. Как и Буденный в Донецке. Открытый в Орле бронзовый Баграмян – приятное исключение. Полного соответствия с формой требуют, в частности, военные. Когда в Ереване открывали памятник Баграмяну, группа ветеранов громко возмущалась, что маршал изображен без фуражки. «Он же маршал!» - нельзя с непокрытой головой.

Так вот Амазасп Бабаджанян. Почему не бюст? Потому. Получилось чересчур официально, парадно, напыщенно. Монументально. Не в последнюю очередь по той причине, что в творческий процесс время от времени вмешивались военные чины и давали руководящие советы. Подобное ведомственное воздействие стало некой традицией. В результате в начале члены жюри и худсовет видят одно, а в конце – нечто совсем другое. Так случилось с Геворгом Чавушем, когда довольно симпатичный эскизный проект трансформировался в некого жуткого Кинг Конга.

Памятники людям, чей образ зафиксирован в живописных или фотопортретах, в кино, а также народной памяти, - сложнейшее дело. (Вспомним историю с Арно Бабаджаняном.) Не в малой мере мешают чисто художественные многовековые традиции. Люди в памятниках или стоят, или сидят. Очень редко лежат. И никуда от этого не деться. Если, конечно, памятник задуман фигуративный. Главнейшая задача - как его решить. Кстати, материалов тоже немного: металл, в основном бронза, и камень. Однако самое важное в каждом монументальном произведении – наличие высокого искусства. Вот с этим-то у нас особая напряженка. Плюс вечная спешка и суета. А также всеобщая невзыскательность. Всем участникам процесса «памятник» недосуг даже оглядеться в своем Ереване. Иначе к трем фигурантам в длиннополых шинелях не прибавился бы еще один – Нжде. Вспомним: Спандарян, Мясникян, адмирал Исаков. И Нжде. Можно сказать, что все они вышли из шинели Дзержинского. Забавно, правда? Выдумки никакой. Но кому нужна шинель Гарегина Нжде, которая лезет в глаза, прежде чем они остановятся на самой важной части - голове? Весьма, отметим, красивой. Зачем надо было поднимать памятник до почти 7-метровой отметки? Нжде, несомненно, крупнейший деятель, но к чему подобная гигантомания? К чему такой высокий постамент?

В городе Париже на Елисейских полях стоит бронзовый генерал де Голль. На скромнейшем геометрическом постаменте установлена энергично шагающая фигура. В основе фотография, снятая в тот миг, когда генерал 24 августа 1944 года принимал парад в честь освобождения Парижа. Это первый и единственный памятник де Голлю в столице, установленный в 2000 году – через тридцать лет после его смерти. Пришлось долго убеждать родственников и просить их согласия. (Представить такое у нас абсолютно невозможно. О быстрой и немедленной материализации памяти мечтают все – и живые, и родственники.) Статуя очень скромная, но чрезвычайно выразительная и стремительная. А какой силуэт! Какая артистическая лепка!

Но вернемся в Ереван к Нжде. И в этом случае не обошлось без сторонних пожеланий, требований и т.д. Часто очень категоричных. И никакой Худсовет мэрии решить возникающие шероховатости не может. Как и регулировать «памятникоманию».

 

***

Как-то решили соорудить памятник «Арарат-73» (на снимке). Провели конкурс, вроде бы выявили победителя. Потом глава Национального олимпийского комитета Гагик Царукян встретился с футболистами той легендарной команды и «лично обсудил с футболистами подробности сооружения и установку памятника… Он выслушал все мнения и внес свои (?!) предложения… Почему памятник «Арарат-73» оказался повязан на Царукяне, почему он вносил (читай диктовал) предложения? Хотите помочь финансово? Бога ради, но оставьте остальное профессионалам.

Если так пойдет и далее, памятники будут появляться как грибы не лучшего качества и вопросы будут решать по цеховому признаку. Каким будет памятник актеру, решат актеры, поэту – литераторы, гинекологу – врачи и т.д. Так, что ли?

Памятник футболистам «Арарата» открылся у стадиона «Раздан». Позорный и уродливый брак. Антиискусство. После того как мэрия несколько лет назад спонсировала глиняные фигуры великим на скамейках Еревана, шедевров точно не будет. Не те вкусы в мэрии, не те. А Ереван между тем нуждается в оригинальных современных памятниках. Впрочем, это никого не волнует.

Карэн Микаэлян,

критик, член Худсовета мэрии

.

Последнее обновление ( 11.05.17 12:44 )